Как отомстить нарциссу

За весенней сказкой в Долину нарциссов

Долина нарциссов — это чудо, подаренное нам природой. Неповторимая долина дикорастущих нарциссов находится в урочище Киреши, недалеко от закарпатского городка Хуст. Можете себе представить огромное море цветов, колышущихся на ветру? Это удивительное зрелище словами не передать, необходимо ехать и все увидеть своими глазами.

Когда первый весенний лучик солнца игриво заглядывает в окошко, а сердце желает тепла после лютой зимы, каждый из нас с большим нетерпением ждет выходных, для того чтобы полюбоваться пробуждением природы от зимнего сна. Можно прогуляться в соседнем парке либо отправиться к морю. Но если хочется чего-нибудь необычного – езжайте в Хуст, где в нескольких километрах раскинулась уникальная Долина нарциссов. Нежно белый цветок пленяет своей сказочной красотой и неповторимой грацией.

Кроме этого, местные жители могут поведать еще не одну легенду, каждая из которых очень интересна, неповторима и правдоподобна. Во время своих рассказов они угостят Вас и медовухой, и квасом, и добрым закарпатским вином.Когда перед человеком открывается вид на белоснежное море цветущих нарциссов, его чувства, наполняющие душу, очень сложно выразить словами. Это и восхищение, и волнение, и восторг. Энергетика цветов настолько сильна, что даже самый угрюмый человек, посмотрев на них, начинает невольно улыбаться.Такую красоту, как наша Долина нарциссов, на карте стран СНГ больше нигде не найдешь. Подобные полянки остались разве что в Румынии, Альпах и некоторых Балканских странах. Но там они расположены на высоте 2 тысячи метров над уровнем моря.

Скоро наступит май и в солнечной долине опять зацветет нарцисс. С каждым годом людей, которые желают взглянуть на это чудо природы, становится все больше и больше. Когда маленькие бутончики вспыхивают несчетным количеством солнышек, людей просто не счесть. В связи массовым паломничеством туристов в Долину нарциссов, в городе Хуст и его окрестностях стала активно развиваться туристическая инфраструктура. Но, даже не смотря на это, если Вы решили посетить этот великолепный уголок природы в период цветения, помните забронировать жилье лучше заблаговременно. Наш портал с огромной радостью поможет Вам в этом.Вашему вниманию мы предлагаем список лучших гостиниц Хустского района:
туристический комплекс «Легенда Шаян» с. Шаян;
мини-отель «Червона Рута» с. Шаян;
гостиница «Ренессанс», г. Хуст.

Источник:
За весенней сказкой в Долину нарциссов
Гостиницы Киева, Одессы, Отели Киева и всей Украины на holiday – у нас самые лучшие предложения на заказ гостиницы или отеля в Киеве Одессе и всей Украины.
http://holiday.ua/tours/item/1332-after-a-spring-fairy-tale-in-dolina-narcissi.html

Как отомстить нарциссу

Мифы, легенды, притчи и сказания

Всех, кто чтит прекрасную Афродиту, она по праву награждает большой любовью. Но тем, кто отвергает ее, кто не преклоняется перед ее величием, посылает Афродита такие страдания, которые очень сложно выдержать. Так когда-то отомстила она Нарциссу за гордыню его и самовлюбленность. Как-то этот молодой и прекрасный собой юноша заблудился в дремучем лесу после охоты. И тут увидела его красавица-нимфа Эхо. Только вот над ней тяготело проклятье Геры: не могла Эхо говорить – только вторила чужим окрикам.

Понял Нарцисс, что не один в лесу, стал окликать того, кто, как он думал, был рядом. Но Эхо только повторяла за ним его фразы. Бросилась она ему навстречу с протянутыми руками, но оттолкнул е гордый юноша. Так было и со многими другими нимфами. И разгневалась Афина. Когда весной Нарцисс пришел к чистому ручью напиться воды, то увидел он в водной глади отражение свое. Застыл он от того, насколько было оно прекрасно. Все позабыл юноша. Он не спал, не ел, а только любовался собой. Стали покидать его силы, стал он бледнеть и умер около ручья. А когда Эхо с нимфами пришла похоронить его тело, то нашла на месте, где был Нарцисс только прекрасный белый цветок – цветок смерти.

Источник:
Как отомстить нарциссу
Мифы и сказания разных народов мира на протяжении многих веков передавались из поколения в поколение, развивались, усложнялись, совершенствовались, вбирая в себя коллективный опыт человечества и отражая его представления о миропорядке, нравственности и красоте. Слово «миф» греческого происхождения, оно означает «повествование». Мифами принято называть фантастические повествования, основанные на религиозных верованиях, в которых рассказывается о богах, сотворении мира, «начале всех вещей». Отличительное свойство мифов, по мнению большинства исследователей, заключается в том, что они создавались и бытовали в то время, когда все рассказанное в них воспринималось как безусловная истина.
http://mifologiya.com/index.php?option=com_content&view=article&id=3164:2014-12-15-10-48-53&catid=60:interesnoe&Itemid=107

Как отомстить нарциссу

Am/A9 D-332000-D >2p

Am A9 Am A9

Am D
Что за образ возник предо мною в полуденном зное?
Am D
То ли это творенье небесное, то ли земное?
032320 065650 005500(Am)
Не его ли всегда различал я по снам и виденьям?
032320 065650 098980 E
Не его ли я сделал воистину собственной тенью?

Am G C E F
Были стрелы Амура верны, и не знали пощады,
G# G
Перед ними бессильны железо и мрамор колонн.
E Am G C E F
Лучше б грудь мне пробила копьем молодая Паллада,
D7 565000 Gm — A
Лучше б в камень меня обратил золотой Аполлон!

B — E7

032200 — Am — A9 — Am

2.
. Сердце глупое рвется наружу от страха и счастья.
Я обидел Киприду — и я в ее мстительной власти.
Я сижу у ручья, я смотрю на свое отраженье,
Я люблю этот лик — я не в силах прогнать наважденье!

Только эхо смеется в горах, и не ведает горя,
И несет мои слезы в залив голубая река.
Оттого так вода солона у Эгейского моря,
И печально вздыхает волна возле кромки песка.

3.
Я смотрелся в глаза двойника, и в стремительность жеста.
Водной глади коснулась рука — мне не двинуться с места.
Я хотел бы почувствовать плоть, а не холод озноба.
Если ступит двойник мой за грань — то погибнем мы оба.

Я в венке из полуденных роз пробужденья не чаю,
Я корнями, как цепкий сорняк, в этот берег пророс.
Легконогий Гермес не избавит меня от печали,
И хмельной Дионис не одарит забвением лоз.

4.
. А за лесом рыдала свирель о любви безответной.
Ей внимали дриады, попарно усевшись на ветках,
И раскрылась бутоном душа моя в стебле высоком,
Белоснежным цветком с ароматом хмельным и жестоким.

И разбитое сердце мое стало лиственным соком,
И заплакал рассеянный Пан, наклонясь надо мной,
Ему вторили боги морей, и ручьев, и потоков,
И вздыхала вода, и играла прибрежной волной.

A7

Dm C F A B
И только эхо смеялось в горах, и не ведало горя,
C# C
Унесла мои слезы в залив голубая река.
A7 Dm C F A B
Оттого так вода солона у Эгейского моря,
Gm B C D9(065000)
Оттого возле моря печаль неизменно легка.

Источник:
Как отомстить нарциссу
Am/A9 D-332000-D >2p Am A9 Am A9 Am D Что за о браз возник предо мною в полуденном зн о е? Am D То ли э то творенье небесное, то ли земн о е? 032320 065650 005500(Am) Не
http://www.treismorgess.ru/?p=600

Мотивный комплекс нарцисса: от мифа к сюжету

12. Якобсон P.O. Язык и бессознательное. М.: Гнозис, 1996. 248 с.

13. Oxford Advanced Learner’s Dictionary. Oxford: University Press, 1998. 1428 p.

The discordance in the code-procedural programs of the interlocutors as the basis of cognitive dissonance

The article is devoted to cognitive dissonance phenomenon in the process speech interaction. One of the factors which can cause cognitive dissonance is the discordance in the code-procedural programs of the interlocutors. In this case cognitive dissonance is due to either the incorrect choice of a language code unit and its inadequate interpretation or the incorrect choice of a language code.

Получено 25.02.2011 г.

Н.Л. Лаврова, соискатель, (8)9175049748, brink-1@yandex.ru (Россия, Москва, РГГУ)

МОТИВНЫЙ КОМПЛЕКС НАРЦИССА: ОТ МИФА К СЮЖЕТУ

Рассматриваются полносюжетные проявления комплексного мифогенного мотива Нарцисса в мировой литературе.

Ключевые слова: миф о Нарциссе, сюжет о Нарциссе, Овидии, «божественный нарциссизм», Павсаний, Сумароков, Уайльд.

Возникновение мифа связано с характерной для первобытного магического мышления боязнью человека увидеть свое отражение. В период мифопоэтического мышления считалось, что душа человека

содержится в его отражении и что оно является предзнаменованием смерти. «Теперь мы понимаем, почему в Древней Индии и в Древней Греции существовало правило не смотреть на свое отражение в воде и почему, если человек увидел во сне свое отражение, греки считали это предзнаменованием смерти. Они боялись, что водные духи утащат отражение или душу под воду, оставив человека погибать. Таково же, возможно, было происхождение классического мифа о прекрасном Нарциссе, который зачах и умер из-за того, что увидел в воде свое отражение» [3].

Мотивный комплекс нарциссического самосозерцания зарождается из этиологического «большого» мотива метаморфозы, реализацией которого является мотив превращения человека в растение. Вариацию последнего представляет собой мотив превращения юноши в цветок. Приведем примеры из античной мифологии: Гиацинт, Адонис, Крокус, Аякс, Клития, Кипарис, Мирра, Сиринга, сестры Фаэтона, Минта. Для мифа характерно неразличение позитивного и негативного статуса героя: герой одновременно жертва и виновник, он не в состоянии повлиять на свою судьбу, является пассивно-активным исполнителем своего предназначения в миропорядке.

Миф ни в коем случае не следует отождествлять с его позднейшим сюжетным изложением. Мифологические тексты, по мысли Ю.М. Лотмана, лишь «приобретают вид сюжетных, сами по себе они таковыми не являлись. Они трактовали не об однократных и внезакономерных явлениях, а о вневременных, бесконечно репродуцируемых» [4]. Ранее

О.М. Фрейденберг убедительно трактовала нарративность (сюжетность) как весьма позднее, постмифологическое явление культуры: «Мифов-нарраций никогда не было и не могло быть; оттого они и не дошли до нас в непосредственной форме. Такие мифы-рассказы имеются только в учебниках по мифологии» [5].

Большинство «мировых сюжетов» зарождается на культурной стадии мифо-синкретизма, но впоследствии активно формируется и используется в качестве готовых литературных моделей в период «рефлективного традиционализма» [6]. В поздней античности и миф о Нарциссе также «распрямляется» в сюжет.

В «Метаморфозах» Овидия (поэма написана между 2 и 8 гг. н. э.) [7] представлена литературная обработка античного мифа. То, что произошло с Нарциссом, было предначертано в момент его рождения. Мотив самосозерцания возникает впервые в предсказании Тиресия: «Если сам он себя не увидит». Такое амбивалентное прорицание, данное не в форме мудрого совета или назидания, а как откровение замысла богов, долгое время казалось пустым. Неизвестно, знал ли Нарцисс о предсказании, рассказала ли Лириопа сыну о его печальной судьбе. Герою отведена малая роль в миропорядке; он не свободен в выборе своей жизненной позиции, не

способен изменить что-либо в своей судьбе, поступает неосознанно, не понимая, что неприступность и гордость порочны, его поведение мотивируется безумием и карой богов. У Овидия в чувстве Нарцисса нет еще любви к себе в современном смысле самолюбия, так как герой принимает себя за другого юношу. В то же время Нарцисс является виновником, его печальная участь обусловлена проявлением его собственной воли. Для оцельнения героя характерен специфический ряд, реализующий фазы его судьбы: предсказание — прегрешение — кара (воспринимаемая как справедливое возмездие) — метаморфоза

(преображение как искупление).

Цель ввода исследуемого мотивного комплекса в версии Овидия -объяснить происхождение цветка, подтвердить правдивость пророчества Тиресия (первое испытание его пророческого дара), показать «новизну страсти». Мера наказания, выбранная богами для Нарцисса, не оспаривается. Наказание пропорционально прегрешению: «Каждый,

отринутый им, к небесам протягивал руки: / “Пусть же полюбит он сам, но владеть да не сможет любимым!”». Карающим божеством избирается Немезида — богиня возмездия. Осознание того, что возлюбленный — он сам, ничего не изменяет в его страсти любви к самому себе. Процесс перерождения в новую форму оказывается как бы продолжением действий персонажа: самосозерцание, томление по своему отражению, в котором обнаруживается главная страсть героя, продолжается и после метаморфозы. «Даже и после — уже в обиталище принят Аида — / В воды он Стикса смотрел на себя».

Мотивный комплекс Нарцисса прирастает в версии Овидия важным сопутствующим мотивом погони за бесплотной тенью, сопровождаемой страданиями: «любит без плоти мечту и призрак за плоть принимает». Мотивосфера нарциссизма включает в себя мотивы несчастного влюбленного, злополучной любви, любовных страданий, болезни, смерти от самого себя, смерти как избавления от страданий («Не тяжела мне и смерть: умерев, от страданий избавлюсь»), невозможности обладать желаемым («Тем обладать не могу: заблужденье владеет влюбленным»).

В семантике данного мотивного комплекса генетически заложена амбивалентность, порождающая следующие дуальные оппозиции: Нарцисс одновременно жертва и виновник, субъект и объект страсти, отраженный и отражаемый, любящий и любимый, созерцающий и созерцаемый, отвергающий и отвергнутый. Посредством отражающей способности зеркальной поверхности становится возможной мена ролей, возникает тема двойничества, зеркального близнеца. Мотив сохраняет мифопоэтическую ауру: архаический запрет на самосозерцание, всеобщее оборотничество как основополагающий закон жизни.

В версии Конона («Повествование», I в. д. н. э.-1 в. н. э.) [8] приводится древняя феспийская легенда. Нарцисс был очень красив, но

Таким образом, мифориторическая эпоха [10], которая сохраняет преемственность с эпохой синкретизма и является начальным этапом традиционалистской культуры, несет в себе переходные черты. Мышление в данный период литературного процесса уже нельзя определить как

внеморальное. Циклическое время, характерное для периода мифо-синкретизма, начинает дробиться.

Совокупность значений, составляющих мотивное поле нарциссизма, представлена уже в «Метаморфозах» Овидия: зеркальность,

самосозерцание, самовлюбленность, превращение в цветок, неосознанная любовь к самому себе, безрассудная смертоносная страсть, скорбь неразделенной любви, погоня за бесплотной тенью, стремление обладать недостижимым, тщетность желаний, неприступность (отвержение любви других), приятие себя за другого, самообман («Меня обмануло обличье», Овидий); значимы также сопутствующие мотивы безумия, страдания, болезни, смерти.

У Овидия сохраняется мифопоэтическое смыслонаполнение данного комплекса; характерна амбивалентность в трактовке образа героя: герой свободен и несвободен в выборе своего жизненного пути, одновременно виновник и жертва. Дидактический подтекст в трактовке данного мотивного комплекса возникает в версии Конона, в которой Нарцисс предстает преступником, совершившим прегрешение против культа бога любви и понесшим справедливое наказание.

В ходе своего бытования в литературе рассматриваемый сюжет подвергается демифологизации, заключающейся в постепенном преодолении мифологической амбивалентности, стремлении к однозначности в мотивировках, усилении дидактизма.

В средневековой литературе сюжет о Нарциссе представлен в анонимном «Лэ о Нарциссе» («Нарцисс и Дан») [11], написанном в XII веке. Лэ открывается предостережением о разрушительной силе любви. «Если кто-то вознамерился действовать, не получив наставления, / Неудивительно, если он попадет в беду: / Во всех делах правильно и должно / Придерживаться здравого смысла и умеренности». «Мудро проявить осторожность с самого начала», дабы не «пострадать от своей гордости и высокомерия». «Нарцисс, умерший от любви, / Послужит нам примером. / Да будут осмотрительны все другие влюбленные, / Чтобы не погибнуть таким же образом» [12].

Акцентируется потенциальная опасность безрассудной страсти, необходимость подавлять в себе нарциссические черты; гордыня, себялюбие должны жестоко караться. Чувство меры, благопристойность, послушание, благоразумие, следование должным наставлениям являются ключевыми элементами праведного поведения. Потеря самообладания ведет неминуемо к гибели. Автор предостерегает читателей о губительной силе безрассудной любви. Нарцисс, отвергающий любовь Дан, гибнет. Однако поведение Дан, воспылавшей безрассудной страстью к юноше, также недостойно молодой девушки из знатного рода и строго карается. Нарциссизм трактуется с последовательно моральных позиций. Гибель Нарцисса служит как назидание всем влюбленным, так как любовь к себе

есть препятствие на пути к христианской любви, искупление греха возможно через преодоление любви к себе.

Оценка нарциссического поведения однозначно негативна, однако выбор между праведным и греховным остается за самим человеком. Подчеркивается необходимость следования этикету, стремления к добродетели. Цель введения сюжета о Нарциссе — отвратить от греховного пути, показать чреватость необдуманных поступков, опрометчивых решений. Нравственным ориентиром для автора является искупление грехов мудростью и добродетелью, служение Богу.

В новелле ХЬУ! из сборника «Новеллино» (XIII век)1, написанном на стыке средневековья и Ренессанса, возникает ремифологизация сюжета о Нарциссе. Нарцисс предстает знатным юношей, жившим в старину на Востоке, красотой превосходившим всех прочих молодых людей и почитавшим себя единственным в мире. Герой был «поглощен сознанием своей привлекательности», и, пребывая еще в очень юном возрасте, «отличался большим простодушием». «Если бы мог он полюбить кого-нибудь так же сильно, как любит себя самого, поистине он стал бы самым влюбленным человеком на свете». Поведение героя мотивируется волей бога любви, который не даровал ему способности любить других с такой же страстью, с какой он любит самого себя. Охваченный безмерной любовью к своему отражению, юноша бросился в источник и утонул.

1 В тех случаях, когда фамилия переводчика не указана, цитата приводится в переводе автора настоящей статьи

Новость об этом дошла до бога любви, который превратил Нарцисса в благородное миндальное дерево, первым зацветающее и пробуждающее любовь.

Таким образом, сохраняется архаическая амбивалентность в трактовке образа Нарцисса. Герой, поглощенный своей внешностью и отвергающий любовь других, действует неосознанно, «простодушно». Дидактизм неприятия эгоцентрической позиции отсутствует. Элемент новизны, являющийся эстетическим принципом сборника «Новеллино», в трактовке данного сюжета состоит в том, что Нарцисс превращается не в одноименный цветок, а в миндальное дерево, чем порывается этиологическая связь с исконным мифом.

«Ауто сакраменталь» (аллегорическая пьеса на сюжет из

Философ Я. Мазен в своей «Книге эмблем» (1681) [15] в разделе о Нарциссе проводит параллель между нарциссизмом и богосыновством: «Бог, любящий человечество, сам человек». В данном кратком определении акцентируется человеческая природа Христа; любовь Бога-сына к людям, в представлении барочных авторов, нарциссична по своей сути. Такое переосмысление фигуры Нарцисса может быть пояснено рассуждением М.М. Бахтина: «В Христе мы находим единственный по своей глубине синтез эстетического солипсизма, бесконечной строгости к себе самому человека, то есть безукоризненно чистого отношения к себе самому, с этически-эстетическою добротою к другому: здесь впервые явилось бесконечно углубленное я-для-себя, но не холодное, а безмерно

доброе к другому, воздающее всю правду другому как таковому, раскрывающее и утверждающее всю полноту ценностного своеобразия другого» [17].

А.П. Сумарокову принадлежит комедия «Нарцисс» (1750) [17], в которой сюжет о Нарциссе получает сатирическое освещение. Под нарциссизмом понимается пустое себялюбие, самолюбование и кривляние перед зеркалом, самохвальство, безрассудное растрачивание собственных достоинств. Главный герой Нарцисс, полагающийся только на свою красоту, делает ее центром свой жизни. Герой восхищается своей внешностью, дни и ночи проводит без сна, сожалея при этом, что своей красотою он пленен без пользы, так как он не в состоянии ни обнять, ни поцеловать себя. Нарцисс отмечает, что его страдания велики, однако счастье «это еще и больше», так как он «столько прекрасен». Он думает, что все девушки не могут устоять перед его красотой. Нарцисс решает жениться на Клариссе, так как «естество и неудобство» не дозволяют ему сочетаться с самим собой.

Остальные действующие лица комедии — положительные персонажи, выступающие резонерами. Оронт, отец Клариссы, и Пасквин, слуга Нарцисса, говорят гордецу, что душевные качества важнее внешней стати, однако не могут его переубедить. Оронт отмечает, он почитает честность и разум выше красоты и молодости, ибо «разумная женщина безумца или известного бездельника, хотя бы он прекраснее был Адониса, полюбить не может». Пасквин говорит, что господин его «чуден» и что «природа дала ему красоту ради того, чтобы его сделать смешным», ведь «красота не столько важна, сколько мы ее почитаем».

Несмотря на то что все считают себялюбие Нарцисса смешным и безрассудным, герой пребывает в уверенности, что имеет «здравый разум и ясное понятие» и никогда не сможет «довольно на себя наглядеться». Кларисса отмечает, что «эдакое сильное самолюбие не простительно человеку». Кларисса выходит замуж за некрасивого, но благодетельного Октавия. К отчаянию Нарцисса, красота его уничтожена; герой посрамлен, однако его внутреннего перерождения не происходит.

Характерна демифологизация нарциссизма, присущая эпохе «рефлективного традиционализма». Образ Нарцисса функционирует как эмблема, служит понятным сигналом для читателя, который призван извлекать нравственные уроки, корректировать свое поведение в соответствии с законами нравственности. Нарциссизм является общественным феноменом, позиционируется как ложная модель поведения.

В рассказе «Поклонник» О. Уайльда (1900-е гг.) [18], переведенном Ф. Сологубом, представлена обработка сюжета о Нарциссе в посттрадиционалистской литературе (стадия неклассической художественности), берущей свое начало в романтизме. После смерти

Таким образом, миф в ходе своего сюжетного бытования в литературе претерпевает ряд трансформаций. В общем виде схема исторической «жизни» (эволюции) сюжета может быть представлена следующим образом: демифологизация (в античности) — эмблематизация (берет истоки в античности, получая «усиление» в средневековье и классицизме) — ремифологизация (в эпоху Возрождения) — контаминация эмблематизации и ремифологизации (барокко) — инверсия (в литературе романтизма и романтической традиции).

Однако во всей глубине и значимости данная историческая тенденция может быть прослежена на судьбе мотивного комплекса Нарцисса, который, обильно встречаясь в художественной практике, далеко не всегда разворачивается в связный сюжет. В данной статье мы ограничились наблюдениями только над полносюжетными проявлениями этого «большого», комплексного мотива в литературе.

1.Крылов Г.А. Этимологический словарь русского языка М., 2005.

2. Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. М., 1986.

3. Фрэзер Д.Д. Золотая ветвь. М., 1980. С. 219.

4.Лотман Ю.М. Происхождение сюжета в типологическом освещении // Ю.М. Лотман. Статьи по типологии культуры. Тарту, 1973. С.

5. Фрейденберг О.М. Миф и литература древности. М., 1978. С. 227228.

6. Аверинцев С.С. Древнегреческая поэтика и мировая литература // Поэтикадревнегреческойлитературы. М., 1981.

7. Публий Овидий Назон. Любовные элегии. Метаморфозы. Скорбные элегии. Перевод с латинского С.В. Шервинского. М., 1983.

8. Konon. Narrationes. Bamberg, 1890.

9. Павсаний. Описание Эллады. Перевод С.П. Кондратьева. СПб.,

10. Three Ovidian Tales of Love («Piramus et Tisbe», «Narcisus et Dane», and «Philomena et Procne»). New York, 1986.

11. Лоррис Г. де. Роман о Розе. Перевод со старофранцузского Н.В. Забабуровой на основе подстрочника Д.Н. Вальяно. Ростов н/Д., 2001.

12. Новеллино. Под редакцией М. Л. Андреева, И. А. Соколовой. М.,

13. Михайлов А.В. Языки культуры. М., 1997. С. 512.

14. Sor Juana Ines de la Cruz. The Divine Narcissus // El Divino Narciso. Trans. P. Peters and R. Domeier. New Mexico, 1998.

15. Masen J. Speculum Imaginum Veritatis Occultae._Koln, 1681.

16. Бахтин M.M. Эстетика словесного творчества. М., 1979. С. 51.

17. Сумароков А.Н. Полное собрание сочинений в стихах и прозе Действительного статского советника, Ордена Св. Анны кавалера и Лейпцигского ученого собрания члена, А. П. Сумарокова. М., 1787.

18. Уайльд О. Собрание сочинений в 3-х томах. М., 2003.

Motivic complex of Narcissus: from myth to a plot.

This article focuses on full-plot actualisations of the complex mythological motif of Narcissus in world literature.

Key words: Narcissus myth, Narcissus story, Ovid, “divine narcissism ”, Pausanias, Sumarokov, Wilde.

Источник:
Мотивный комплекс нарцисса: от мифа к сюжету
12. Якобсон P.O. Язык и бессознательное. М.: Гнозис, 1996. 248 с. 13. Oxford Advanced Learner’s Dictionary. Oxford: University Press, 1998. 1428 p. The discordance in the code-procedural
http://psibook.com/literatura/motivnyy-kompleks-nartsissa-ot-mifa-k-syuzhetu.html

COMMENTS