Психологические уловки

ГЛАВА 16

Выведение противника «из равновесия». Расчет на медленность мышления и доверчивость. Отвлечение внимания и наведение на ложный след.

1. Гораздо интереснее те уловки, которые можно назвать психологическими. Они основаны на знании некоторых свойств души человеческой, и некоторых наших слабостей.

Состояние духа во время устного спора имеет огромное влияние на ведение спора. Когда мы «в ударе», т.е. нами овладевает легкое, приятное возбуждение, при котором мысль, память, воображение работают особенно отчетливо и ярко, мы спорим лучше, чем обыкновенно. Если мы сильно взволнованы чем-нибудь, смущены, растерялись, «горячимся», если у нас рассеяно чем-нибудь внимание ? мы спорим и соображаем хуже, чем обыкновенно, или даже совсем плохо. (Конечно, при прочих условиях равных). Отсюда возникает ряд психологических уловок, предназначенных для того, чтобы вывести нас из равновесия, ослабить и расстроить работу нашей мысли.

3. Если противник – человек «необстрелянный», доверчивый, мыслящий медленно, хотя может быть и точно, то некоторые наглые «фокусники мысли» стараются «ошарашить» его в устном споре, особенно при слушателях. Говорят очень быстро, выражают мысли часто в трудно понимаемой форме, быстро сменяют одну другою. Затем, «не дав опомниться», победоносно делают вывод, который им желателен и бросают спор: они – победители. Наиболее наглые иногда не стесняются приводить мысли без всякой связи, иногда нелепые, и пока медленно мыслящий и честный противник старается уловить связь между мыслями, никак не предполагая, что возможно такое нахальство, они уже с торжествующим видом покидают поле битвы. Это делается чаще всего перед такими слушателями, которые ровно ничего не понимают в теме спора, а судят об успехе или поражении – по внешности. Вот известный пример такой уловки из «Векфильдского священника».

? «Верно, Франк! – вскричал сквайр. …Красивая девушка стоит всех интриг духовенства в мире. Что такое все эти десятины и шарлатанские выдумки, как не обман, один скверный обман! И это я могу доказать».

? “Хотел бы и послушать! – воскликнул сын Моисей. Думаю, что смог бы вам ответить”.

? «Отлично, сэр» – сказал сквайр; который сразу разгадал его и подмигнул остальной компании, чтобы мы приготовились позабавиться.

? «Отлично, если вы хотите хладнокровно обсуждать эту тему, я готов принять спор. И прежде всего, как вы предпочитаете обсуждать вопросы: аналогически или диалогически?”

? “Обсуждать разумно» – воскликнул Моисей счастливый, что может поспорить.

? «Опять-таки превосходно. Прежде всего, во-первых, я надеюсь, вы не станете отрицать, что то, что есть, есть. Если вы не согласны с этим, я не могу рассуждать дальше».

? «Еще бы!» – ответил Моисей. «Конечно, я согласен с этим и сам воспользуюсь этой истиной как могу лучше».

? «Надеюсь также, вы согласны, что часть меньше целого?».

? «Тоже согласен!» воскликнул Моисей. «Это и правильно и разумно».

? «Надеюсь, – воскликнул сквайр – вы не станете отрицать, что три угла треугольника равны двум прямым».

? «Нет ничего очевиднее» – ответил Моисей и оглянулся вокруг со своей обычной важностью.

? «Превосходно» – воскликнул сквайр, и начал говорить очень быстро: «Раз установлены эти посылки, то я утверждаю, что конкатенация самосуществования, выступая во взаимном двойственном отношении, естественно приводит к проблематическому диалогизму, который в известной мере доказывает, (с. 59:) что сущность духовности может быть отнесена ко второму виду предикабилий”.

? “Постойте, постойте!» – воскликнул Моисей. «Я отрицаю это. Неужели вы думаете, что я могу без возражения уступить таким неправильным учениям?»

– «Что?» – ответил сквайр, делая вид, что взбешен: «вы не уступаете? Ответьте мне на один простой и ясный вопрос: прав по вашему Аристотель, когда говорит, что относительное находится в отношении?»

– «Несомненно» – сказал Моисей.

? “А если так», – воскликнул сквайр – «то отвечайте мне прямо: считаете ли вы, что аналитическое развитие первой части моей энтимемы deficient secundum guoad или guoad minus и приведите мне свои доводы. Приведите мне свои доводы, – говорю я,– приведите прямо, без уверток”.

? «Я протестую», воскликнул Моисей. «Я не схватил как следует сущности вашего рассуждения. Сведите его к простому предложению, тогда, я думаю, смогу вам дать ответ».

? «О, сэр!», воскликнул сквайр, «Ваш покорный слуга. Оказывается, что я должен снабдить вас не только доводами, но и разумением! Нет, сэр. Тут уж я протестую, вы слишком трудный для меня противник”.

При этих словах поднялся хохот над Моисеем. Он сидел один с вытянутой физиономией среди смеющихся лиц. Больше он не произнес во время беседы ни слова”. (Векф. Свящ. Гольдсмита. Глава VII).

4. Множество грубых и тонких уловок имеют целью отвлечение внимания противника от какой-нибудь мысли, которую хотят провести без критики. Наиболее характерные тонкие уловки имеют такой вид.

Мысль, которую мы хотим таким образом провести, или не высказывается вовсе, а только необходимо подразумевается, или же высказывается, но возможно короче, в самой серой, обыденной форме. Перед нею же высказывают такую мысль, которая поневоле должна своим содержанием или формой привлечь особое внимание противника, напр., чем-нибудь задеть, поразить его и т.д. Если это сделано удачно, то есть очень много шансов, что у обычного противника уловка пройдет с успехом. Он «проглядит» и пропустит без критики незаметную мысль.

Эта уловка допускает самые различные видоизменения и, так сказать, «фиоритуры». Иногда, напр., чувствуя, что подставная мысль, под крылом которой хотят незаметно провести довод, сама по себе может и не привлечь критики противника, искусственно стараются показать ему, что сами считают ее слабым (с. 60:) местом аргументации. Тут «талант» может проявиться во всей силе. Напр., человек тоном, выражением лица, игрою пауз, воспроизводит поведение человека, высказавшего слабое возражение и боящегося за него; неуверенного в силе довода, и старающегося поскорее провести его незаметно, ускользнув от критики. Недостаточно искушенный противник довольно легко может попасться на эту удочку, если софист не «переигрывает», не слишком неестественно подчеркивает свое «желание ускользнуть» и т.д. и т.д.

Нелишне заметить, что в ораторских речах одним из сильнейших средств, отвлекающих внимание от мыслей и их логической связи – является пафос, выражение сильного эмоционального подъема, равно как и избыток удачных тропов, фигур, и т.д. Проверено на опыте, что обычно слушатель хуже всего усваивает и запоминает смысл таких отделов речи.

Источник:
ГЛАВА 16
Выведение противника «из равновесия». Расчет на медленность мышления и доверчивость. Отвлечение внимания и наведение на ложный след. 1. Гораздо интереснее те уловки, которые можно назвать
http://www.psichology.vuzlib.su/book_o623_page_21.html

Глава 17

2. В спорах «для победы» очень употребительно другое видоизменение этой уловки, основанное на той же слабости. Всем известно, что вообще часто одно (с. 61:) говорится, другое думается. Тайные желания, убеждения, цели – могут быть одни, слова – совсем другие. Но иной человек ни за что в этом не сознается и не дерзнет опровергать «слов», чтобы «не показаться» недостаточно хорошим человеком. Еще Аристотель отмечает эту черту.

Некоторые высокие нравственные положения и принципы на устах – у многих, в душе и на делах – у немногих. Напр., не так уж много людей выполняют на деле приведенную тем же Аристотелем истину: «лучше разориться, оставаясь честным, чем разбогатеть неправдой». Но на словах – редко кто будет ей противоречить. Наоборот, иногда человек «на руку нечистый»

Когда о честности высокой говорит
Каким-то демоном внушаем –
Глаза в огне, лицо горит,
Сам плачет – и мы все рыдаем (*).

В каждую эпоху есть свои «ходовые истины», с которыми признают необходимым соглашаться из “ложного стыда”, из боязни, что назовут «отсталым», «некультурным», «ретроградом», и т.д. и т.д. И чем слабее духом человек, тем он в этом отношении трусливее.

Софисту на руку и то, и другое. И ложный, и правильный стыд. Он смело стоит на почве общественного лицемерия и малодушия стадного человека и действует часто «наверняка».

4. Одна из сильнейших и обычнейших уловок, в споре – это внушение. Особенно огромна роль его в устном споре. Кто обладает громким, внушительным голосом, говорит спокойно, отчетливо, самоуверенно, авторитетно, имеет представительную внешность и манеры, тот обладает, при прочих равных условиях, огромным преимуществом в устном споре. Он невольно «импонирует», в большинстве случаев, и противнику. Кто глубоко и твердо убежден в том, за что спорит, и умеет выразить эту непоколебимую твердость убежденным тоном, манерой (с. 62:) говорить и выражением лица – тот обладает тоже большой внушающей силой и тоже «действует» даже на противника, особенно такого, у которого этой убежденности нет. Убедительный тон и манера часто убедительнее самого основательного довода.

«Пожалуй, идите; только, право, не лучше-ли бы вам остаться? Вы бы тут нас подождали, охотились бы, а мы бы пошли с Богом. И славно бы!» – сказал он таким убедительным тоном, что мне в первую минуту, действительно, показалось, что это было бы славно» (Л. Толстой. Набег).

Эта “внешняя убедительность” и её сила известна каждому из опыта. В ней секрет успеха проповеди многих фанатиков. Ею пользуются искусные ораторы, и в споре со многими она – одна из самых сильных уловок.

5. Особенно действует внушение на слушателей спора. Мы уже касались «психологии типичного слушателя». Если спор мало-мальски отвлеченный или выходит за пределы того, что слушатель «знает насквозь», «как свои пять пальцев», обычный слушатель не вникает в доводы, не напрягает достаточно внимание, чтобы схватить суть того, что говорится, особенно, если возражение или ответ длинны. Когда у слушателя уже есть определенное убеждение по разбираемому вопросу, он обычно не слушает даже как следует «чужих», противоположных доводов. Если у него нет определенного убеждения, и спор не задевает очень близких к нему интересов,– слушатель руководится более или менее внешними признаками, чтобы судить, на чьей стороне победа. И вот такого-то рода слушатели – наиболее подходящий материал для внушения в споре.

«Старик так строго и победительно тряхнул головой (высказав свой довод, С.П.), что приказчик (один из слушателей, С.П.) тотчас же решил, что победа на стороне купца и громко засмеялся». «Внушительносгь интонации купца, очевидно, победила слушателей и дама даже чувствовала себя подавленной». (Толстой Л. Крейцерова соната, гл. 11).

Это взято из жизни. Стоит приглядеться к спорам, чтобы почувствовать реальность изображения. Кто говорит слабым, нетвердым голосом, неуверенно, тот, при обычных обстоятельствах, теряет в споре перед слушателями, все равно, из-за победы этот спор или же для убеждения. По мнению В. Джемса, даже в такой отвлеченной области, как философия, важно не только то, что сказано, но и как сказано. «Каким бы чистым и безупречным вы ни находили это философское течение, в нем не чувствуется сильного, радикального темперамента». Оно не имеет «ни активности, ни энтузиазма». «Ему не хватает агрессивного, победоносного тона – и в результате оно не имеет авторитета». (Прагматизм, лекц. 1).

Сюда же относятся, психологической своей стороной, ссылки на авторитеты. Эти ссылки действуют на иных, как таран, пробивающий стену недоверия. Иногда предпосылают факту или чужой аргументацин и т.п. «несколько слов», имеющие целью предварительно «надлежащим образом осветить» этот факт или аргументацию. Тут нередко тоже таится «внушение» и т.д., и т.д. В общем все подобного уловки носят характер «втирания очков», через которые читатель или слушатель должны смотреть на известный вопрос.

К уловкам внушении относится также повторение по нескольку раз одного и того же довода, особенно применяющееся в ораторской практике. Часто довод водят каждый раз в различной форме, но так, чтобы ясно было, что мысль одна и та же. Это действует, как механическое «вдалбливание в голову», особенно, если уложение украшено цветами красноречия и пафосом. «Что скажут народу трижды, тому верит народ» – говорит один из немецких авторов. Это действительно подтверждается опытом.

8. Когда эта склонность к двойственности оценки начинает действовать в области доказательств, то тут получается «двойная бухгалтерия». Один и тот же довод оказывается в одном случае, когда для нас это выгодно, верным, а когда невыгодно – ошибочным. Когда мы, напр., опровергаем кого-нибудь с помощью данного довода – он истина; когда нас им опровергают – он ложь. Естественно, что софист не может не принять «двойной бухгалтерии» в арсенал своих уловок: слишком она выгодна «при умелом пользовании». Иной адвокат сошлется, напр., на известное толкование такой-то статьи закона, как на правильное, если оно говорит в пользу его подзащитного. И он же будет доказывать ложность его, если, наоборот, на этом толковании основывается его противник. Один и тот же факт принимается, несомненный, если подтверждает наш тезис; и сейчас же заподозривается его сомнительность, если он, наоборот, высказан противником и т.д.

Вот пример этой уловки: одна из партий, вошедших в районные думы города X., оказалась в большинстве из этих дум преобладающей партией. Вступив в блок с другими родственными ей партиями, она не дала в этих думах ни одного места в управе враждебной партии. — Члены последней доказывали, что имеют право требовать известное число “управских” мест: выборы в думы были пропорциональные, следовательно, и места в управе должны быть распределены согласно тому же принципу.

Господствующая партия отвергла этот довод как непригодный, неправильный.

Однако случилось, что в некоторых районных думах она все же оказалась непреобладающей. “Родственные” партии воспользовались этим и, составив между собою блок, в свою очередь не дали ей ни одного места в управе. Тогда она прибегла к тому же доводу, к какому прибегали в других думах её “враги”. Здесь он оказался пригодным и правильным. — Таким образом восторжествовала “двойная бухгалтерия”.

64:В тех случаях, когда доказательства и спор касаются области этических оценок, «двойная бухгалтерия» является лишь формулированием «готтентотской морали». в области доводов и доказательств. Это ясно, конечно, само собою.

Иногда «двойная бухгалтерия» нисколько не скрывается, а выступает с открытым забралом. Это бывает в тех случаях, когда она в том, что выгодно для нее, открыто опирается на «свои убеждения», а где это не выгодно – на убеждения противника. Вот пример. Во Франции упрекали католиков в логической непоследовательности: они для себя требуют полной свободы слова, в то время как вообще сами являются ожесточенными врагами этой свободы. Один католический публицист ответил приблизительно так: «когда мы требуем свободы для себя, мы исходим из ваших принципов. Вы так отстаиваете свободу слова. Почему вы не применяете её по отношению к нам? Когда же мы стесняем свободу слова, то исходим из наших убеждений. В этом мы тоже вполне правы и логически последовательны». – Конечно, это очень выгодная часто “бухгалтерия”! Одним словом, тут проявляется особая, повышенная любовь к логике.

Двойная бухгалтерия уже вполне отчетливо переходит из области «просто уловок» в область софизмов.

* Впрочем, бывают времена, когда эта уловка делается «устаревшей». В моде благородная «искренность» и «откровенность». «Я вор? Ну да, вор. А кто теперь не ворует?», «теперь только дураки зевают» и т.д. и т.д. Так что софист должен с большой осторожностью применять это оружие.
[Содержание книги] [Предыдущая глава] [Следующая глава]

Источник:
Глава 17
2. В спорах «для победы» очень употребительно другое видоизменение этой уловки, основанное на той же слабости. Всем известно, что вообще часто одно (с. 61:) говорится, другое думается. Тайные
http://evolkov.net/critic.think/povarnin/povarnin.17.html

Психологические уловки

Многим из вас, конечно же, известно, что до начала своей работы в ФСБ ныне действующий Президент В.В.Путин был преподавателем логики в одном из вузов Санкт-Петербурга. Он часто говорил на своих лекциях: «Логика – это одна из самых важных наук, и ее изучение – задача любого уважающего себя человека».

Мы уверены, что многие из читателей были удивлены, прочитав эту информацию, некоторые даже усомнились в ее правдивости. И правильно сделали, потому что в ней нет и доли правды, это наш вымысел. А поверили вы сначала, потому что оказались жертвами одной из самых распространенных логических уловок под названием «Ложный стыд». Она заключается в использовании ложного довода, который аудитория может «проглотить» без особых возражений. Обращения, такие как: «Вам, конечно же, известно, что. », «Вы, конечно, читали о. » приводят оппонента в состояние ложного стыда, когда ему как бы стыдно признаться в незнании тех вещей, о которых идет речь, в результате слушатель соглашается даже с ложными доводами.

Вообще говоря, уловка – это прием, с помощью которого хотят облегчить спор для себя или затруднить его для оппонента. Все уловки делятся на три вида – это организационно-процедурные, психологические и логические.

Рассмотрим наиболее распространенные уловки организационно-процедурного плана. Эти уловки могут быть использованы лишь организатором переговорного процесса или дискуссии. Их применение приводит к срыву обсуждения.

Первая из этого вида уловок – «Накал атмосферы агрессорами спора». Уловка подразумевает поочередное предо-ставление слова агрессивно настроенным оппонентам, которые допускают взаимные оскорбления, пресекаемые лишь формально, для видимости. В результате атмосфера обсуждения накаляется до критической. Примером подобной уловки может служить диалог Жириновского и Немцова в ток-шоу Любимова «Один на один». Ведущий этой дискуссии целенаправленно «сталкивал» оппонентов, это привело к открыто выраженному конфликту. В памяти у многих знаменитый бросок Владимира Вольфовича стаканом в своего собеседника.

Следующая уловка называется «Выпускание пара на несущественных вопросах». Это такая модель, когда сначала сознательно очень долго обсуждают незначительные, второстепенные вопросы, в затем, когда многие устали от дискуссии, выносится на обсуждение главная проблема, и аудитория готова принять решение, выгодное председательству-ющему, практически без обсуждения, в силу усталости. Примером могут служить собрания акционерных обществ, где руководители часто прибегают к применению этой уловки.

Следующий вид уловок – психологические. Они являются, на наш взгляд, самыми интересными для изучения, потому что основаны на психологическом воздействии на собеседника с целью ввести его в состояние раздражения, сыграть на его чувствах самолюбия, стыда, использовать и другие проявления тончайших особенностей психики человека. Психологические уловки с точки зрения морали, нравственности недопустимы в споре, дискуссии, но на практике очень часто используются. Существует их около сорока видов. Рассмотрим наиболее распространенные.

Например, «Использование непонятных слов и терминов». Эта уловка может вызвать, с одной стороны, впечатление важности, значимости обсуждаемой проблемы, весомости приводимых доводов, высокого уровня профессионализма и компетентности. Но, с другой стороны, использование инициатором уловки непонятных слов, терминов может спровоцировать и противоположную реакцию – такую, как раздражение, отчужденность. Эта уловка, как правило, удается, когда аудитория опасается показать свою малую осведомленность по обсуждаемому вопросу. И поэтому слушатели стесняются переспросить непонятное или делают вид, что поняли, о чем речь.

Следующая уловка – это лесть и комплименты. Как известно, «доброе слово и кошке приятно», что же говорить о человеке! Лестные выражения или комплименты, используемые в речи, по силе своего воздействия на психику человека не уступают ни одной другой уловке. Это связано с тем, что, воздействуя на подсознание человека, они способны усладить слух оппонента и ослабить воздействие критики. К этой уловке очень часто прибегают, например, студенты, чувствуя приближение сессии. В этот период преподаватели слышат массу добрых слов в свой адрес, благодарность за хорошие лекции, сталкиваются с преувеличенно вежливыми приветствиями и т.д.

И наконец, перейдем к логическим уловкам. Данная группа построена на сознательных нарушениях законов и правил формальной логики или же, наоборот, на их умелом использовании.

Одна из основных уловок этой группы – неправомерные аналогии. Характерная особенность этой уловки состоит в том, чтобы использовать для доказательства аналогии, абсолютно несоразмерные с теми явлениями, которые рассматриваются. Примером может служить известный рассказ Плутарха: один римлянин, разводясь с женой, выслушивал порицания друзей, которые твердили ему: «Зачем ты разводишься?», «Разве она не хороша собой?», «Разве она не верна тебе, или она бесплодна?». Римлянин выставил вперед ногу, обутую в башмак, и спросил: «Разве он не хорош? Или он стоптан? Но кто из вас знает, где он жмет мне ногу!»

Тавтология также является одной из логических уловок. Ее сущность состоит в том, что создается видимость обоснования какой-либо мысли, хотя на самом деле этого нет. Так, иллюстрацией этому может служить эпизод из пьесы Мольера «Мнимый больной», когда врач дает такое определение свойствам опиума: «Опиум усыпляет, потому что он обладает усыпляющим действием. А усыпляющим действием он обладает, потому что он усыпляет».

К числу распространенных логических уловок относятся и софизмы. Софизмы – это заведомо ложные умозаключения. Примером может служить такой опыт. Человека подводят к другому, который накрыт покрывалом, и спрашивают: «Вы знаете его?», он отвечает: «Нет». «Здесь ваш отец», – говорят ему. И делают вывод: он не знает своего отца.

Мы надеемся, что сумели убедить вас в необходимости изучения уловок. Ведь только зная их, вы вступите в спор или дискуссию во всеоружии.

Источник:
Психологические уловки
Молодежный журнал "Странник"
http://www.strannik-lit.ru/15169_36760_02_10_2012.html

Риторические психологические уловки

Если вам по роду деятельности часто приходится вести споры или выступать публично, вы наверняка сталкивались с риторическими уловками, которые сбивали вас с мысли или заставляли принимать несколько иное решение, чем планировалось изначально. Чтобы впредь не попадать в такие ситуации, предлагаем познакомиться с основными типами риторических уловок.

В ораторском искусстве существует немало приёмов, которые относят к уловкам. В зависимости от сферы применения их разделяют на три группы:

-процедурные (позволяют манипулировать мнением аудитории или суда);

— логические (основаны на логических парадоксах и подмене одного значения другим, часто такие уловки называют софизмами);

— психологические, основанные на воздействии на сознание и самооценку оппонента.

Подробнее психологические уловки

Некоторые специалисты делят психологические уловки на допустимые и недопустимые, но поскольку никто не застрахован от встречи с недобросовестным оппонентом, расскажем об основных.

Разговор на повышенных тонах, оскорбительные обвинения. Дипломат никогда не позволит себе ничего подобного, а вот в политических дебатах такие случаи встречаются часто. Один из выступающих позволяет себе часто перебивать говорящих, выкрикивать с места, заявлять противникам «Вы ничего не понимаете в этом вопросе», «Это заявление профана». В результате подобных действий выступающий нервничает, переключается с содержания выступления на спор, поэтому не всегда доводит свою точку зрения до аудитории. Рекомендация: игнорируйте подобные заявления.

Быстрый темп речи – ещё одна психологическая уловка, правда, не каждый умеет ею воспользоваться: человек уверенно говорит о проблеме, но крайне размыто и «по кругу», однако настолько быстро, что вы не успеваете вставить и слова. Постепенно и вы, и аудитория теряет нить рассуждения и интерес к происходящему, поэтому оратор, использовавший эту уловку, теперь может склонить присутствующих в свою пользу. Рекомендация: устанавливать регламент, задавать чёткие вопросы выступающему «на глубину изучения проблемы».

Замена терминологии – приём, основанный на замене стилистически нейтральных слов на слова, вызывающие негативную реакцию: сотрудник разведки – шпион, государственные служащие – аппаратчики.

Смещение акцента – умышленное проявление внимания к деталям и уход в сторону от сути проблемы. Уловка может использоваться как выступающим (такое поведение создаёт у окружающих впечатление глубокого изучения проблемы говорящим), так и оппонентами (проявляя интерес к второстепенному, они переключают внимание выступающего, в результате он теряет нить рассуждения и выглядит не так убедительно).

Имитация личной незаинтересованности – оратор всячески обращает внимание на то, что лично он от такого решения проблемы проиграет, но общее дело выиграет, что он жертвует своими интересами ради общих. Рекомендация: не спешить с выводами, если возможно, попросить и перерыве и подробнее изучить детали.

Ложный стыд – классика жанра психологических уловок. Суть уловки в том, что выступающий сознательно обращается к авторитетному противнику примерно с такими словами: «Я говорю общеизвестные истины, и вот Пётр Петрович, большой специалист в этой области, может подтвердить мои слова». Практика показывает, что противник в этом случае возражает крайне редко. Рекомендация: если вы оказались на месте такого «Петра Петровича», не стесняйтесь отстаивать свои интересы. Есть очень удобные фразы: « Хочу уточнить свою позицию», «Я согласен в этом вопросе, а вот в другом – категорически против».

«Лжезнание» истинных мотивов – эта уловка призвана заставить выступающего оправдываться. Например: «Фома Фомич в силу определённых обстоятельств не может нам всего рассказать. Если бы он говорил от себя лично, а не от лица фирмы…» Рекомендация: не оправдываться, игнорировать такие выпады.

«Лжеоткровенность» — эта уловка настолько проста, что часто её не замечают. Например: «Я не планировал это говорить, но если быть до конца откровенным…» Благоприятно влияет на аудиторию. Рекомендация: попробуйте «сыграть» на этом: «Если вы решили сейчас быть откровенным, значит, всё сказанное ранее – ложь?»

Демонстрация обиды – внешняя имитация незаслуженно обиженного человека, эта уловка позволяет завоевать симпатию аудитории. Рекомендация: если вы уверены, что не допустили никаких оскорбительных действий, задайте противнику прямой вопрос, он вынужден будет оправдываться или раскрыть свой обман перед публикой.

«Да или нет» — принуждение к однозначному ответу лишает противника возможности высказать нюансы своей позиции. Например: «Вы очень много говорили, но аудитории непонятно, вы за или против?» В этом случае оппонент апеллирует ещё и к мнению зала, как бы переманивая на свою сторону. Рекомендация: давать развёрнутый аргументированный ответ, опытные мастера могут «перевернуть» ситуацию: «Боюсь, непонятно только вам, а вот зал уже во всём разобрался».

Апелляция к аудитории – часто используется политическими деятелями: «Я увидел умные лица. Вы заинтересованы в решении вопроса…»

Скрытая лесть – эта уловка может использоваться и в повседневности: «Илья Ильич, я всегда вас вижу на рабочем месте. Неужели ещё и на семью остаются силы?» Рекомендация: вежливая благодарность, но не более.

Двойные стандарты – одна и та же ситуация оценивается как правильная (если это выгодно) и как ошибочная (если не выгодно).

«Под одну гребёнку» — суть уловки в том, что имя оппонента или название организации ставится в один ряд с теми, к кому уже сформировано негативное отношение.

Конечно, это далеко не все риторические уловки. Но в диалоге, беседе, публичном спиче следует помнить главное: не теряйте самообладания и нити выступления, используйте на благо себе промахи ваших оппонентов.

Источник:
Риторические психологические уловки
Если вам по роду деятельности часто приходится вести споры или выступать публично, вы наверняка сталкивались с риторическими уловками, которые сбивали вас с мысли или заставляли принимать несколько
http://partka.com/ritoricheskie-psihologicheskie-ulovki/

COMMENTS