Психология унижения

Самое сильное чувство: как — мозг воспринимает унижение

Самое сильное чувство: как мозг воспринимает унижение

Что сильнее — гнев или стыд? И как их измерить? Современная нейронаука занимается в том числе и тем, что ищет «линейку» для человеческих чувств. В статье, опубликованной в Wired, нейробиолог Кристиан Джаретт рассуждает о чувстве унижения на примере собственного опыта и проведенного недавно научного исследования. T&P публикуют основные идеи.

Мне было около семи лет — младший в начальной школе. Я стоял в столовой, окруженный сотней взрослых ребят и преподавателей. Они все смотрели на меня — кто-то с жалостью, а кто-то с презрением. Неслыханно! Как можно находиться в столовой, когда там обедают старшие?!

«Скажи на милость, что ты здесь делаешь, Джаретт?» — с ложным возмущением спросил директор. Я был там, потому что отказался доедать свой протертый ревень, нарушив тем самым важнейшее школьное правило: каждый должен съедать все, что ему предлагается. Но после того как меня вырвало от первых ложек этого блюда, похожего на живую плоть, я просто-напросто отказался продолжать обед. Моим наказанием стало остаться в столовой, пока не придут взрослые. Я уже собирался объяснить собравшейся толпе, что случилось, но не смог вымолвить ни слова, а вместо этого отчаянно, неудержимо разрыдался: чувство унижения пронизывало меня.

Это был очень мощный эмоциональный опыт: в памяти до сих пор остаются болезненные ощущения того дня. Но можно ли сказать, что из всех негативных эмоций (таких как злость или стыд) чувство унижения самое сильное? И даже если это так, то как психологи или нейробиологи могли бы это доказать?

Полученные данные показали, что мозг активнее реагирует на воображаемую ситуацию унижения, чем на сюжеты с другим настроением. Из всех исследуемых эмоций именно оно требует наибольшей затраты ментальных ресурсов.

Извечный тезис гуманитарной литературы о разрушительной силе унижения психологи Марта Оттен и Кай Джонас решили исследовать с помощью нейроэксперимента. Они провели два исследования, в которых участникам женского и мужского пола нужно было описать, как бы они себя чувствовали в тех или иных ситуациях. В первом исследовании сравнивалось чувство унижения (например, найденная в Сети подруга при первой реальной встрече бросила один взгляд на вас и ушла), гнев (сосед по комнате устроил вечеринку в ваше отсутствие и разнес квартиру до основания) и счастье (вы узнали, что ваши чувства к кому-то взаимны). Во втором — унижение, гнев и стыд (вы нагрубили своей маме и она расплакалась).

В этот же момент происходила запись электроэнцефалограммы (ЭЭГ), которая показывала мозговую активность испытуемых. В частности, ученых интересовали два критерия: наибольшие всплески сильной реакции (или «поздний положительный потенциал») и связанная с событием десинхронизация — маркер пониженной активности в альфа-диапазоне (основном ритме мозга в расслабленном состоянии). Два этих критерия — свидетельства активации коры и усиленной когнитивной работы.

Полученные данные показали, что мозг активнее реагирует на воображаемую ситуацию унижения, чем на сюжеты с другим настроением. Из всех исследуемых эмоций именно оно требует наибольшей затраты ментальных ресурсов. «Это подтверждает идею о том, что унижение — особенно интенсивное чувство. Оно имеет далеко идущие последствия как для индивидуума, так и для группы людей», — заключили Оттен и Джонас.

Но справедливости ради нужно отметить, что сегодняшняя нейронаука не может внести абсолютную ясность в наше понимание психологических процессов. Ведь ученые до конца не знают, за что отвечает этот «поздний положительный потенциал». Мозг нам что-то активно говорит, но что именно? Интенсивность переживания унижения связана еще и с тем, что это комплексная, сложная эмоция, в основе которой — потеря социального статуса.

Источник:
Самое сильное чувство: как — мозг воспринимает унижение
Что сильнее — гнев или стыд? И как их измерить? Современная нейронаука занимается в том числе и тем, что ищет «линейку» для человеческих чувств. В статье, опубликованной в Wired…
http://theoryandpractice.ru/posts/9107-brain-humiliation

Таблица унижения

Таблица унижения. Проблемы психологического давления в семье

Среди встречающихся в семье видов насилия психологическое давление имеет свои особые черты. Самое, на первый взгляд, мягкое, оно похоже на подводный камень — его сложно заметить в бурном течении семейной жизни, но тем сильнее боль при столкновении с ним. Где находится та грань, за которой обоюдные упреки превращаются в нездоровые отношения тирана и жертвы?

В контексте семьи психологи выделяют две основные группы насильственного поведения: насилие физическое и психологическое. Последнее может показаться относительно безобидным, но это впечатление обманчиво. У многих наших соотечественников отсутствует четкое понимание того, что представляет собой это явление и чем оно отличается от ссор, которые случаются в любой семье. Случаи психологического прессинга в семье мало освещаются в СМИ, поскольку сенсации из них не сделаешь. Заявлений в милицию с жалобами на психологическое давление не поступает: побои с тела снять можно, а с души — нет. Но именно с него начинаются горькие семейные истории, которые можно было бы написать совсем по?другому.

Виды насильственного поведения представляют собой структуру по типу матрешки: одно понятие входит в другое, более широкое. Самым объемным, включающим в себя остальные виды, является как раз понятие психологического насилия. С него все начинается, и дальнейшие действия тирана становятся лишь его проявлениями, частными случаями. Во многих внешне благополучных семьях, в которых немыслимо поднять руку на женщину или ребенка, психологический прессинг становится нормой, единственным способом общения старших и младших, его и ее.

Что же представляет собой психологическое давление? Главными действующими лицами становится пара «жертва — тиран». Поведение тирана характеризуется следующими действиями:

  • подавление у жертвы уважения к себе, чувства собственного достоинства, ценности своей личности;
  • подавление возможности самостоятельно принимать решения и брать на себя ответственность;
  • унижение, оскорбления, чрезмерные требования, которые заведомо нереально выполнить, за которыми следует чрезмерная критика жертвы;
  • запрет на действия и переживания, на свое мнение;
  • изоляция, запрет на общение с родственниками, друзьями, коллегами;
  • патологическая ревность;
  • вспышки гнева, которые тиран вымещает на жертве;
  • шантаж и запугивание;
  • обвинение жертвы в своих неудачах;
  • ущемление основных потребностей человека, включая психологические потребности — в безопасности, в привязанности, в свободном проявлении себя.

Поводов для такого поведения находится множество: слишком домашний вид жены («распустилась!») или слишком праздничный («для кого это ты так вырядилась?»), ребенок плачущий или громко играющий («какая из тебя мать?»), женщина работающая («жена должна сидеть дома!») или неработающая («сидишь на моей шее!»).

В отличие от рядовой ссоры или временной неприязни, подобные придирки могут продолжаться бесконечно. Если в конфликте, вызванном объективной причиной, стороны все же стремятся к его решению и завершению, то тиран не желает прекращать ни конфликт, ни отношения, ведь для него это своего рода зависимость — без жертвы он не сможет компенсировать свои старые травмы. Жертва же в силу своих психических особенностей часто склонна не менять ситуацию, а адаптироваться к ней. Чем больше терпит жертва, тем сильнее давление со стороны насильника, поскольку ему необходим эмоциональный ответ.

Действия тирана довольно скоро оставляют свои следы на психике человека. Постепенно жертва теряет доверие к себе и к миру, ее восприятие себя становится все более размытым; уступчивость и угодливость, стремление все исправить в отношениях с тираном перемежаются с агрессией. В зависимости от силы и продолжительности стресса у жертвы могут появиться психосоматические заболевания, суицидальные наклонности, зависимость (наркотики, алкоголь, булимия, анорексия). Жертва не опирается на свои ощущения, не доверяет им и потому оказывается не в состоянии понять, каково ей в ситуации насилия. Отсюда большое количество пострадавших, которые не принимают никаких шагов к реальному изменению ситуации, хотя и соглашаются, что делать что?то надо.

Ничего не случается вдруг. И превращение молодого человека в домашнего тирана тоже не происходит мгновенно. Возможно лишь развитие, усугубление уже имеющихся у человека склонностей. Поэтому в истории жертвы всегда присутствует момент, когда она пропускает какой?то важный, тревожный звонок, не хочет замечать его. Поскольку жертвами психологического прессинга чаще становятся женщины, которые уже сталкивались с подобным в родительской семье, им свойственно не доверять своим ощущениям, своей интуиции, а значит, не замечать «посланий» потенциального тирана.

Какое бы начало ни имела история отношений жертвы и тирана, есть общие черты виктимного поведения и склонной к подобным отношениям личности. Они не только увеличивают шансы женщины стать жертвой, но и значительно затрудняют выход из причиняющих боль отношений. К предпосылкам виктимных отношений можно отнести:

  • Опыт позиции жертвы в родительской семье или прежних отношениях.
  • Встреча с тираном произошла в тяжелый для жертвы момент (конфликты в семье, расставание с предыдущим партнером, стихийное бедствие), и тиран теперь ассоциируется с выходом из кризиса. Формируются зависимые отношения, в которых жертва подсознательно воспринимает тирана как необходимый атрибут своего благополучия.
  • Комплекс спасателя у жертвы: «я спасу его от… (алкоголизма, наркомании, заблуждений, самого себя и т. д.)».
  • Комплекс мученицы, при котором жертва извлекает вторичную выгоду из сожительства с тираном, своим страданием привлекая к себе внимание и сочувствие окружающих.

И все же в ситуации психологического давления нет сильного и слабого: можно сказать, что мы имеем дело с двумя слабыми сторонами. Только слабость каждый из них проявляет по?разному. Для активной стороны, стороны тирана, она заключается в том, что он транслирует свой опыт, полученный в родительской семье. Так относились к нему значимые для него люди, и теперь он так относится к своим близким. Отыгрываясь на жертве в ситуации, где он может проявить власть и силу, тиран компенсирует свои болезненные переживания беспомощности и униженности. Прожить этот опыт иным путем он не в силах.

Слабость жертвы в том, что она ведется на манипуляции тирана, ищет ему оправдания и видит причины насилия в себе. Как бы жертва ни обманывала себя, ни убеждала, что «это у семьи сложный период» или «все наладится», она все равно чувствует, что происходящее неприемлемо. Но прекратить это ей крайне тяжело. Она умеет жить именно так, приспосабливается именно к этой боли, причиняемой тираном, и как жить иначе, она не представляет. Довольно часто встречаются ситуации, когда женщины, столкнувшиеся с такого рода тиранией в родительской семье или в первом браке, не могут быть счастливыми даже с положительным во всех отношениях и любящим мужчиной. В их опыте отсутствует это состояние — безопасности и счастья.

Жертва цепляется за некую «надежду», за которой на самом деле скрывается страх реальных перемен. Терпеть бесконечные унижения или рискнуть и прервать их — это выбор жертвы, ее ответственность. Бывают и такие случаи, когда женщине некуда уйти и не на что жить, и тогда приходится выбирать между физической безопасностью (крыша над головой и питание) и психологическим комфортом. В этой ситуации жертва не в состоянии самостоятельно изменить подобное положение вещей. Скорее всего, ей понадобится длительная помощь психолога и близких людей, потому что пока не изменится она сама — не изменится и ситуация в ее семье.

Существует множество рекомендаций, как вести себя женщинам, столкнувшимся с физическим насилием в семье. И гораздо меньше — что делать тем, кто столкнулся с психологическим давлением. Во многом так происходит потому, что в каждом конкретном случае необходима очная консультация психолога: ведь кто?то годами действительно терпит унижения и запреты, а кто?то называет «давлением» вполне обоснованные претензии своей половины. И все же вот несколько действенных рекомендаций, способных облегчить жертве жизнь.

Источник:
Таблица унижения
Случаи психологического прессинга в семье мало освещаются в СМИ, поскольку сенсации из них не сделаешь. Заявлений в милицию с жалобами на психологическое давление не поступает: побои с тела снять можно, а с души — нет.
http://www.matrony.ru/tablica-unizheniya-problemy-psixologicheskogo-davleniya-v-seme/

COMMENTS