Женская философия и психология для женщин

Гармония в вашей жизни: инь и ян

Все восточное нынче в моде: вещи, кухня и, конечно, философия. Об этом написано немало книг, популярных статей. И, как все неведомое, и частью непонятное, восточные тайны необычайно притягательны. Нам хочется верить, что восточная философия в состоянии изменить нас и нашу жизнь, внести в нее гармонию. Впрочем, почему бы и не попробовать?

В восточной философии жизнь представлена как единство двух противоположных начал, двух космических энергий, которые постоянно трансформируются одна в другую. Эти две противоборствующие силы — «ян» и «инь» — проявляют себя во всем: в природе, окружающей среде, интерьерах помещений и даже в характере человека.

Инь — это темнота, тишина, неподвижность, женское начало, холод, сырость, замкнутость, хладнокровие, педантизм. А ян — это свет, тепло, движение, мужское начало, жажда деятельности, общительность. В идеале во всем должен соблюдаться баланс этих двух энергий. Но чаше все же происходит «перекос» в ту или иную сторону, что ведет к дисгармонии.

В вас больше инь-качеств, если:

— вы не работаете или работаете, но не слишком активно, а в свободное от трудовой деятельности время много сидите дома

— вы слишком поглощены своей второй половиной

— вас раздражает забота окружающих

— если у вас случается неудачный роман или разрыв, вы очень тяжело это переживаете

— вы чаше мечтаете, чем действуете.

Как добавить в жизнь ян?

— больше двигайтесь, танцуйте под любимую музыку — не только на вечеринках, но и дома

— учитесь говорить «нет», когда вам пытаются что-то навязать

Сделайте, наконец, то, что давно откладывали или боялись делать.

В вас больше ян-качеств, если:

— вы по натуре лидер

— у вас есть долгосрочные цели

— большинство мужчин кажутся вам слабыми

— у вас практически нет свободного времени, вы постоянно куда-то спешите

— окружающие считают вас слишком жестким человеком.

Как добавить в жизнь инь?

— не отказывайте себе в маленьких (и больших) удовольствиях, — позволяйте себе иногда полениться, поваляйтесь хотя бы полдня на диване с книжкой или сходите погулять

— ешьте больше овощных салатов, рыбу, творог, различные крупы — они хорошо восполняют дефицит инь-энергии

Источник:
Гармония в вашей жизни: инь и ян
Все восточное нынче в моде: вещи, кухня и, конечно, философия. Об этом написано немало книг, популярных статей. И, как все неведомое, и частью непонятное, восточные тайны необычайно притягательны. Нам хочется верить, что восточная философия в состоянии изменить нас и нашу жизнь, внести в нее гармонию.
http://www.wild-mistress.ru/wm/wm.nsf/publicall/2008-08-11-807288.html

Женская сумка для ноутбука — философия выбора

Влияние сферы деятельности женщины на выбор сумки для ноутбука. Интересные наблюдения и практические советы

В современном мире Интернета и электроники, довольно часто можно встретить женщину, с ноутбуком, либо с нетбуком. Компании производители запускают специальные женские модели в гламурных тонах, инкрустированные кристаллами Swarovski, они эффектно смотрятся в изящных женских ручках. Не стали отставать от производителей ноутбуков и производители женских аксессуаров, оперативно наладив выпуск женских сумок для ноутбука. Добавив лишних хлопот прекрасной половине человечества, ведь выбор сумки для ноутбука дело не простое. Здесь необходимо идеально совместить стиль одежды, сферу деятельности, темперамент и внутренние желания. Обычно женщины в выборе цвета сумки для ноутбука склоняются либо к черным моделям, либо ярким и цветным. Здесь немалую роль играет сфера деятельности женщины, которая зачастую просто обязывает выбирать определенный цвет и форму аксессуаров.

Обычно бизнес леди и женщины политики склоняются к черным, белым, бежевым и приглушенно-розовым цветам. Для большинства бизнес леди удобство, вместимость и практичность, а также ненавязчивый классический дизайн остаются неизменным фактором при выборе сумки для ноутбука. Интересно то, что все эти качества должны сочетаться в одной модели. Что касаемо материала, сумки для ноутбука, здесь традиционным лидером остается натуральная кожа и кожа экзотических животных. Хотя последние тенденции по защите окружающей среды приводят к тому, что многие женщины из сферы бизнеса и политики делают выбор на сумках из текстиля или высокотехнологичных кожзаменителей. Но неизменным остается принадлежность известному и авторитетному бренду, а также солидная цена. Самый важный аспект при выборе модели – это статустность и престиж сумки.

Женщины из мира fashion-индустрии (дизайнеры, актеры, певцы, визажисты, стилисты, и т.п.), как правило, выбирают уникальные ярких цветов сумки, а также неординарного дизайна. Так-так в этой сфере больше всего ценится: нестандартность, индивидуальность и необычность моделей, удобство и практичность уходит на второй план. Модели могут быть выполнены из любых как натуральных, так и искусственных материалов. Цена на такую сумку для ноутбука зачастую может быть невероятно высокой. В последнее время эпатажные женщины делают выбор в сторону моделей обильно инкрустированных кристаллами Swarovski. «Труженики» модной индустрии большое внимание уделяют брендам, модным на данный момент такие покупки часто обусловлены не собственным выбором, а тенденциями «глянцевых» журналов. Самое главное при выборе модели – это креативность и модность сумки.

Большинство молодых девушек, а именно студентки или рабочие и служащие среднего звена, при выборе сумки для ноутбука предпочитают, как правило, практичные и удобные модели, выполненные из текстиля. Ярких цветов и интересных расцветок. Главным фактором здесь остается легкость модели, и мягкость ручки так-так достаточно продолжительное время сумку приходится носить в руках, лишний вес причиняет дискомфорт. Но иногда молодое поколение равняется при выборе на кумиров. Для основной массы молодых девушек цена остается главным аспектом, она должна быть приемлемой. И, как правило, молодые девушки отдают предпочтение не качественным отечественным производителям, а дешевым китайским копиям известных брендов. Не замечая того, что подделка, какая бы она ни была и сколько бы ни стоила, всегда была и будет подделкой. Самое весомое при выборе модели – это практичность и удобство сумки.

Источник:
Женская сумка для ноутбука — философия выбора
Влияние сферы деятельности женщины на выбор сумки для ноутбука. Интересные наблюдения и практические советы
http://f-journal.ru/zhenskaya-sumka-dlya-noutbuka/

Женская философия и психология для женщин

Если бы мы имели возможность заглянуть в самые сокровенные уголки души человека, то, наверное, увидели бы, как сильна в каждом потребность не только быть любимым, но и самому испытывать любовь и эту любовь кому-то дарить. Мы бы увидели, сколько любви таится внутри каждого из нас и до какой степени эта любовь во многих случаях остается невостребованной. Как бывает обидно, когда кажется, что наша любовь — самое ценное, что у нас есть, — не нужна. Почему это происходит? Давайте совершим маленький экскурс в глубины человеческих взаимоотношений и попробуем найти причины.

Возьмем первый, поверхностный срез психологии взаимоотношений. Психологи в своих исследованиях определили множество факторов, влияющих на возникновение симпатии, взаимопритяжения, взаимоотношения, на их качество и характер. Наиболее важным фактором привлекательности человека служит его сходство с нами: сближаются люди, чьи склад характера, интересы, склонности, убеждения и жизненные ценности подобны.

Но как же распространенное мнение, будто притягиваются противоположности? Известный социальный психолог Эллиот Аронсон, например, считает: люди привязываются друг к другу не только из-за сходства, но и потому, что могут дополнять друг друга. Однако не все исследователи с ним соглашаются. Многочисленные эксперименты, проведенные исследователями разных стран, выявили устойчивую закономерность: наибольшая вероятность, что симпатия перерастет в привязанность, существует между людьми, близкими по духовному складу. Иными словами, для возникновения привязанности важнее сходные представления о смысле жизни, чем, например, совпадение темпераментов или одинаковая скорость реакции.

По данным американских исследователей Дэвида Басса и Сандры Барнс, при создании длительных и прочных отношений люди наибольшее значение придают способности быть хорошим товарищем и другом, вниманию и уважению к партнеру, честности, преданности, надежности, уму и рассудительности, доброте, умению понимать другого и искусству быть интересным собеседником.

Мы склонны испытывать особую симпатию к тому, кто открылся нам, кто поделился с нами чем-либо глубоко сокровенным, даже если это слабость или недостаток, или к тому, кому мы открыли часть нашего внутреннего мира, души, сердца, которую открываем не каждому.

Определили психологи и те факторы, из-за которых страдают отношения в самом начале их возникновения. На впечатления и мнения, которые мы создаем о человеке, на нашу симпатию или антипатию к нему влияют наши собственные стереотипы. Стереотип — своеобразный ярлык, который мы наклеиваем. Мы невольно относим человека к одной из категорий, которыми обычно пользуемся: «весельчак», «пройдоха», «зубрила», «синий чулок» и т. д., и затем с трудом изменяем сложившееся представление.

Категории, на которые мы подразделяем людей, часто зависят от нашего состояния и настроения, но особенно — от нашего характера и образа жизни, а также стереотипов нашего окружения. Ярый борец с курением мысленно делит всех на курящих и некурящих, интеллигент — на тех, с кем есть о чем поговорить, и тех, с кем говорить не о чем, модница — на хорошо одетых и всех прочих.

Весьма распространенная ошибка при восприятии другого человека — «эффект ореола». Мы попадаем в плен общего впечатления, которое определяет все наши оценки: если мы считаем, что человек в целом хороший, то он хороший во всем или почти во всем, а уж если плохой, то дрянной без оговорок. Мы удивляемся, когда выясняется, что приятный нам человек может быть дружелюбным с друзьями и деспотом с женой и детьми.

Немаловажный стереотипный фактор, определяющий оценку человека при поверхностном знакомстве, — внешность. Студенты одного из университетов отвечали на вопрос, какие качества человека для них являются самыми важными, когда возникает желание с ним познакомиться. Выяснилось, что из всех качеств значение имела только внешняя привлекательность. А ведь все участники эксперимента являлись студентами престижного университета, интеллектуалами!

Цицерон, однако, считал, что высшая доблесть и главная обязанность мудреца — не пленяться наружностью. Эзоп говорил, что тонкость ума лучше, чем красота тела. А русская народная пословица утверждает: «С лица воды не пить». Да и каждый из нас, конечно, прекрасно понимает: душевные качества человека, его способность сопереживать и любить никак не связаны с объемом талии или формой носа. Но, к сожалению, в момент возникновения отношений (и долгое время потом) многие об этом забывают. Все это начинает осознаваться только при более длительных и глубоких отношениях.

Очень жаль, что из-за гонки за внешней привлекательностью — если она становится основным критерием для создания взаимоотношений — мы можем упустить по-настоящему близкого и родного человека, который, быть может, находится совсем рядом.

А если люди хорошо и давно друг друга знают, если испытывают взаимное притяжение на душевном уровне, начинает работать великий принцип: кто близок, тот и красив. Нет такой красоты, которая позволила бы бесконечно скрывать злую или убогую душу. И нет такого лица, которое не являлось бы необыкновенно красивым для любящего взгляда. Величие и силу внутренней красоты, озаряющей лицо, словами не опишешь!

Именно здесь следует искать причины ситуации, многократно обыгранной в литературе и кинематографе, когда мужчина, некогда без памяти влюбленный в неотразимую женщину-вамп, уходит от нее к невзрачной, но понимающей его сердце «серой мышке», или когда девушка предпочитает самодовольному красавцу душевно близкого ей человека, не наделенного яркой внешностью.

Американский психотерапевт, создатель «Трансакционного анализа» Эрик Берн стал автором оригинальной теории человеческих взаимоотношений, изложенной в книге «Игры, в которые играют люди». Он тщательно и тонко проанализировал поведение людей в разных ситуациях, и это привело его к констатации: самая большая проблема возникает тогда, когда в общении и во взаимоотношениях исчезает искренность, когда люди перестают быть самими собой и начинают играть, вместо того чтобы вести себя естественно и зрело.

Берн говорит о трех состояниях личности, которые по-разному проявляются в каждом из нас: «Ребенок», «Родитель», «Взрослый».

«Ребенок» живет в человеке всю жизнь. Это наиболее искренняя часть нас самих, проявляющаяся, когда мы мыслим, реагируем и чувствуем, как в детстве. Каждый когда-то был маленьким, сохранил в душе переживания и мироощущение той поры. «Ребенку» свойственна интуиция, проницательность, эмоциональность, спонтанность, радость и очарование, тяга к познанию, чуду и волшебству, творческий, незаурядный подход. Однако в своих отрицательных проявлениях «Ребенок» бывает капризным, истеричным, легкомысленным, своенравным или сильно зависимым от «Родителей» и чьей-то опеки.

«Родитель» в нас рассуждает так, как это делали когда-то его отец и мать или другие взрослые, — это целый комплекс убеждений, норм и предрассудков, возникших еще в детстве, порождающих в нас определенные запреты и заставляющих поступать и думать по схеме «так принято». Время от времени такой «Родитель» дает о себе знать внутри каждого из нас.

Личность же «Взрослого» реализуется как способность найти решение в проблемных и трудных ситуациях, проявить зрелый и творческий подход. В каждом из нас есть доля «Взрослого» (даже в ребенке) — и это означает, что все мы способны быть самостоятельными, мудрыми и объективными.

Так развивается и закрепляется новый способ взаимоотношений — его Берн называет «игрой». В результате игры исчезает искренность, игроки как будто надевают маски, к которым привыкли, прячутся за ними, защищаясь от проявления настоящих чувств. «Посмотри, что я из-за тебя сделал!», «Дорогой, я тебя люблю, не купишь мне шубу?», «Я всего лишь пытаюсь помочь вам», «Только через мой труп», «Либо я — либо он / она / оно». Как часто в общении мы прибегаем к подобным играм (их перечень можно продолжать) и в результате отдаляемся друг от друга и сами не замечаем, как из отношений уходят теплота, искренность, естественность, а остается своего рода шантаж и манипулирование друг другом.

И все же один из важнейших факторов во взаимоотношениях — это, безусловно, «Он» и «Она», мужчина и женщина. Многие психологи и философы утверждают, что проблема во взаимоотношениях, собственно, возникает, когда Он и Она меняются ролями, — и это одна из проблем современного общества, стоящая все более остро. «Она» становится «мужеподобной» в доме, в узах, во взаимоотношениях, а Он — слишком «женственным», нестабильным, изнеженным, слабым. Как правило, такая проблема возникает тогда, когда один из партнеров перестает проявлять свои основные качества, и тогда их берет на себя другой.

Но все же, несмотря на подмену понятий, в нашем сознании с давних времен существует архетип Настоящего Мужчины и Настоящей Женщины. И ищем мы и хотим видеть рядом с собой не «вторую женщину» (в случае женщины) или «второго мужчину» (в случае мужчины), но испокон веков мужчина ищет образ своей прекрасной «Дамы», Настоящую Женщину, а женщина — своего «Рыцаря», Настоящего Мужчину.

Швейцарский психолог К.-Г. Юнг говорит о существовании в бессознательном каждого человека дополнительной части противоположной природы. В бессознательном каждого мужчины присутствует «женская природа» — «Анима», а в каждой женщине есть бессознательная «мужская природа» — «Анимус». Эти свойства закладываются еще в детстве (Анима создается на основе образа матери, Анимус — на основе образа отца) и часто впоследствии влияют на выбор спутника жизни.

Анима и Анимус имеют свои положительный и отрицательный аспекты. Положительные Анима или Анимус — это та бессознательная часть нас самих, которую надо осознать и развить, чтобы стать гармоничным человеком. Отрицательные Анимус или Анима — это то в нас, что надо осознать и преодолеть. Это то, что делает мужчину более похожим на женщину, а женщину — на мужчину, а иногда даже может стать причиной гомосексуальных наклонностей.

Отрицательная Анима усиливается впечатлениями раннего детства, если мальчик (а потом и мужчина) находится «под каблуком» матери или слишком зависит от нее. Такие детские впечатления отражаются на характере взрослого мужчины, делая его женоподобным и изнеженным («принцесса на горошине»), зависящим от ласки, обидчивым, неуверенным в себе и нуждающимся в помощи и авторитете матери или «второй половины». Пытаясь прикрыть собственные слабость и неуверенность мужчина вынужден язвить, бросать оскорбительные реплики, быть грубым или уходить от реальной жизни и проблем в псевдоинтеллектуальные увлечения и эротические фантазии, где в мыслях можно все, но ничего не требуется на деле.

В противоположность отрицательной, положительная Анима — это олицетворение всех благородных и прекрасных «женских» качеств во внутреннем мире мужчины, позволяющих развить глубокую жизненную мудрость. Это интуиция, озарения, восприимчивость к иррациональному, способность любить, сострадать, заботиться, гармоничность и чувство прекрасного.

Но положительный Анимус может превратиться в бесценного внутреннего соратника, который наделит женщину истинно мужскими, рыцарскими качествами — инициативой, храбростью, азартом и жаждой открытий, ясным, объективным умом и духовной мудростью.

Заканчивая наш обзор, посвященный психологии взаимоотношений, хочу остановиться на одном важном вопросе: что мешает проявлению истинной любви? Вспомним некоторые советы, которые дают и психологи, и философы, и просто мудрые люди.

Все это может принести плоды, если понять одну великую истину: для любви нужны двое, нужны обоюдные усилия обеих сторон.

Любовь не дает ничего, кроме самой себя, и не берет ничего, кроме самой себя. Поэтому любовь не обладает ничем, но и ею нельзя обладать, ведь любви достаточно только любви. . Пусть будут свободные пространства в вашем единении. И пусть ветры небес танцуют между вами. Ведь и каждая из струн лютни сама по себе, хотя они вместе звучат в одной мелодии. . Потому что и колонны храма стоят отдельно, и дуб, и кипарис не растут в тени друг друга.

Источник:
Женская философия и психология для женщин
Он и Она. Психология взаимоотношений. Психологи в своих исследованиях определили множество факторов, влияющих на возникновение симпатии, взаимопритяжения, взаимоотношения, на их качество и характер. Многие психологи и философы утверждают, что проблема во взаимоотношениях, собственно, возникает, когда Он и Она меняются ролями.
http://www.manwb.ru/articles/psychology/intercom/HiAndShi_ES/

Существует ли женщина? »: деконструкция женской субъективности и телесности в философии постмодерна

«существует ли женщина?»: деконструкция женской субъективности и телесности в философии постмодерна

«СУЩЕСТВУЕТ ЛИ ЖЕНЩИНА?»: ДЕКОНСТРУКЦИЯ ЖЕНСКОЙ СУБЪЕКТИВНОСТИ И ТЕЛЕСНОСТИ В ФИЛОСОФИИ ПОСТМОДЕРНА

Раскрывается проблематичность онтологического статуса женщины в контексте современной теории постфеминизма. Сквозь призму понятий власти, дискурса и субъекции, разработанных в философии Мишеля Фуко и Джудит Батлер, проводится критический анализ объектной, субъектной и телесной парадигм онтологизации женского. Делается вывод о том, что подобная деонтоло-гизация женского открывает новую перспективу «бытия женщиной», в которой будут иметь место большая свобода и открытость. Ключевые слова: женщина; онтологический статус; телесность; субъекция; власть.

Первая из этих позиций лежит у самых истоков западноевропейской цивилизации и обусловлена фунда-

Объект — это нечто другое по отношению к субъекту, это нечто, что не может говорить за себя, но обречено на проговаривание субъектом. Таким образом, женщина в классической традиции представлена сквозь призму мужских страхов и ожиданий, мужских представлений о ее природе.

Однако параллельно этой бинарной модели концептуализации женского с XVIII в. женщина начинает сама говорить о себе, рационально и самоотверженно оспаривая свою «иррациональность». Начиная со знаменитого проекта Мэри Уоллстоункрафт, можно с уверенностью говорить о зарождении движения за политические и эко-

Противоречия в экспликации женского субъекта. Итак, в современном обществе циркулируют два понимания женского, иногда обретая и некоторый смешанный вид, в котором женщина «обязана» исполнять обе роли сразу. Быть успешным лидером в общественной жизни, самостоятельной личностью, от решений которой зависит не только материальное благосостояние семьи, успех бизнеса, но иногда и процветание целого государства, если эта женщина занимает серьезный государственный пост или является лидером политической оппозиции. При этом в семье от нее зачастую ожидаются проявления самой что ни на есть традиционной «женственности» в смысле покорности, преданности, терпения и самоотверженности. Причем чтобы успешно сочетать эти два противоречивых амплуа, женщине необходимо все-таки в главном быть очень собранным «ваятелем» своей судьбы, Субъектом с большой буквы.

Итак, что же это такое — женский субъект? Насколько очевидно и «естественно» его существование, требующее репрезентации в социальном, культурном, политическом и даже приватном пространстве, заявляющее о себе в феминистическом дискурсе и ставшее полноправным элементом реалий современного мира?

Известный американский философ Джудит Батлер считает существование женского субъекта как минимум проблематичным, что обусловлено двумя серьезными причинами:

2. Говорить об очевидном существовании женщины / субъекта затруднительно еще и потому, что не существует индивида, который являлся бы только женщиной. Расовые, классовые, этнические, сексуальные, региональные и другие типы идентичностей представляют собой тот контекст значений, который существенно влияет на дескрипцию женского субъекта и в значительной степени ее затрудняет. «В результате, -отмечает Д. Батлер, — представляется невозможным вычленить “пол” из переплетающихся политических и культурных напластований, в которых он неизменно воспроизводится и поддерживается» [3. С. 302].

вания феминизма — производится и ограничивается теми же структурами власти, при помощи которых добиваются эмансипации» [3. С. 301].

Женщина как субъект не может рассматриваться как очевидная данность, некий изначальный природный стержень, который ранее не находил для себя адекватной репрезентации, поскольку был «задавлен» классическим бинарным дискурсом, и только в современном феминизирующемся обществе обретает свободу быть собой и выражать себя. Крайняя противоречивость онтологической позиции женской субъективности обнаруживает необходимость соотнесения женского субъекта с понятием субъекта вообще. Поэтому рассуждение о «существовании женщины» должно быть перенесено в контекст размышлений о субъекте как таковом и в этом контексте соотнесено как с трансцендентальным субъектом классического философствования, так и с историческим субъектом философии постмодерна.

Классический и неклассический субъект. Итак, вопрос о том, что такое женский субъект, тесно связан с другим вопросом — что вообще такое субъект, каково онтологическое значение субъективности как таковой?

единый вневременный логический процесс: Субъект познания = Реальность, нет ничего, кроме великой реальности познающего субъекта!

Абсолютизация субъекта в философии Г.В.Ф. Гегеля стала первым отдаленным предвестником его так называемой гибели в XX в. «Великий рассказ» об абсолютной реальности «чистого разума» обозначил и предрешил «смерть» субъекта, провозглашенную целой плеядой знаменитых философов на волне «недоверия» к какому бы то ни было «великому рассказу». С особой остротой проблема «смерти субъекта» (которая, однако, ни в коей мере не означает возможности обойтись вообще без субъекта) была поставлена и раскрыта в философии знаменитого французского философа Мишеля Фуко.

Фуко обращает внимание на взаимосвязь научного дискурса с онтологизацией субъекта познания, только в этом взаимоотношении несуществующий субъект обосновывает и вызывает существование научного дискурса, но дискурс порождает субъекта в качестве своего собственного обоснования посредством определенных техник субъективации, а затем скрывает свою субъектопорождающую (субъективирующую) роль, постулируя предискурсивную реальность субъекта. В этой теснейшей взаимосвязи дискурса — субъекта имеют определяющее значение следующие аспекты:

субъекции и невозможность это сделать, поскольку субъект — лишь плод этой самой субъекции, — вот реальная судьба субъекта. Это номадическая концепция субъекта, в которой не может быть четких рамок дефиниции, где определенно известно только одно — бесконечное перемещение, подвижность субъекта.

Очевидна, таким образом, трансформация, которую претерпела «женщина» в течение последних двух тысячелетий. От объекта, выпадающего из схемы классической рациональности через признание классическим субъектом, готовым отстаивать и реализовывать свои права наравне с мужчинами, до номадического субъекта, который через крайнюю противоречивость экспликации (через сопротивление дефиниции и нежелание быть фиксированным женским субъектом) обнаруживает свою крайнюю подвижность и зависимость от властного дискурса. Но ни в одном из указанных «обличий» нельзя найти той онтологической укорененности, очевидной естественности, которые помогли бы ответить утвердительно на поставленный в заглавии этой работы вопрос — существует ли женщина?

Женщина существует как конструкт — это очевидно из проделанного выше анализа, но существует ли она в реальном жизненном пространстве, укоренена ли она онтологически, а не дискурсивно? Кажется, последним оплотом в надеже увериться в существовании женщины остается женское тело. Очевидность его бытия вызывала и желание удовольствий, и мистический страх, и творческий порыв в человечестве на протяжении, пожалуй, всей истории его существования. Возможно, и относительная независимость телесности от разнообразных концепций субъективности может выступать основанием для онтологизации женского.

щий, говорит: я — тело, только тело и ничто больше; а душа есть только слово для чего-то в теле» [6. С. 33].

Быть может, существование женщины и есть существование женского тела, которое является онтологически незыблемым фундаментом исторически подвижных моделей субъективности?

Однако внимание к «естественной» телесности, сменившее внимание к сверхъестественным сущностям, открыло совершенно неожиданную перспективу сомнения в естественности естественного, которую, например, Джудит Батлер обозначает как «стратегию денатурализации». В рамках этой стратегии тело раскрывается как конструкт и помещается из контекста биологии в контекст политики.

Так, Мишель Фуко в своей знаменитой работе «Надзирать и наказывать» впервые вводит понятие «политическая анатомия», которая представляет собой «исследование “политического тела” как совокупности материальных элементов и техник, служащих оружием, средствами передачи, каналами коммуникации и точками опоры для отношений власти и знания, которые захватывают и подчиняют человеческие тела, превращая их в объекты познания» [7. С. 43].

«Политическое тело» — это концепт, посредством которого раскрывается и становится явной дискурсивная обусловленность телесности, которая никогда в человеческом опыте не дана непосредственно, вне интерпретации, вне культурной маркированности. Человеческое тело — пронизанный властными отношениями и дискурсивными практиками культурный конструкт, оно «непосредственно погружено в область политического. Отношения власти держат его мертвой хваткой» [7. С. 39].

Относительно тела задействованы те же технологии, что и при конструировании субъекта: тело искусственно порождается властным дискурсом как нечто естественное и адискурсивное. Политический захват тела, делающий его видимым в дискурсивном поле культуры посредством практик исключения, вуалирует свою «работу», умещая тело в «естественную» онтологическую нишу и противопоставляя «искусственности» культуры.

Таким образом, Мишель Фуко переосмысляет телесность в двух принципиальных аспектах:

1. Человеческое тело перемещается из области естественной биологической первоосновы искусственного поля культуры внутрь мира смыслов, интерпретаций, культурных коннотаций, объявляется дискурсивным конструктом.

2. Тело-конструкт выступает в культурном контексте как акультурное, не сконструированное, вуалируя тем самым механизмы политического захвата.

Оба эти принципа могут быть применены и к осмыслению онтологического статуса женского тела.

Что вообще собой представляет женское тело?

Во-первых, это тело, маркированное биологическими признаками женского пола. Так, по словам современного ученого Л.Е. Этингена, «половая принадлежность обусловлена весьма сложным феноменом: различают пол генетический, гормональный, по строению головного мозга, по внутренним и внешним морфологическим признакам и пр.» [8. С. 165].

Во-вторых, это те особенности женского тела, которые имеют явно выраженную социальную природу,

порождены гендерной идентификацией. К таким особенностям можно отнести, например, деформированные ступни (древнекитайская культура), отсутствие или деформацию клитора и половых губ (как результат клитороэктомии. По словам Л.Е. Этингена, в мире до сих пор насчитывается около 135 млн женщин, подвергнутых этой процедуре! [8. С. 169]). Осанка, походка и другие подобные признаки, сложившиеся вследствие той или иной степени культурной репрессии «идеала» женской красоты, так же формируют тело, как и особенности первой группы.

Так, известный американский биолог Рут Хаббард утверждает: «Если общество одевает половину своих детей в короткие юбки и не велит им двигаться так, чтобы были видны трусики, а другую половину — в джинсы и комбинезон, поддерживая их желание лазать на деревья, играть в мяч и другие активные дворовые игры; если позже, в юности, детей, которые носили брюки, убеждают, что «растущему мальчишке надо много есть», в то время как дети в юбках предупреждены, что надо следить за весом и не толстеть; если половина в джинсах бегает в кроссовках или ботинках, в то время как половина в юбках ковыляет на шпильках, то эти две группы людей будут отличаться не только социально, но и биологически» [9. С. 78].

Сконструированность второго типа особенностей не вызывает сомнений, тогда как первая группа имеет на первый взгляд абсолютно внедискурсивную природу. Женская / мужская половая специфика закладывается «природой» и воспроизводится стабильно в любой из известных культур, является базовой биологической предпосылкой, на основе которой происходит «нормальная» социализация человека, обретение им гендерной идентичности.

Однако если социальная роль человека является выражением и культурным оформлением его естественных особенностей, тогда почему гендерная идентификация в культуре неизбежно оказывается связанной с определенными механизмами подавления?

собой лишь один из способов навязывания гендерной идентичности.

Другими словами, существуют определенные особенности человеческого тела, но женскими или мужскими эти особенности являются не сами по себе, но в ракурсе культурной интерпретации. Более того, само слово «существовать» относительно тела означает быть воспринятым, осмысленным, проинтерпретированным. Именно в этом смысле с позиции современной постфе-министической теории невозможно говорить о естественном, биологическом, внедискурсивном существовании женского тела.

«Женщины не существует», или Первый шаг к женскому существованию. Итак, мы неумолимо приближаемся к выводу о том, что женщина как таковая представляет собой дискурсивный конструкт, создаваемый и воспроизводимый культурой посредством четких механизмов исключения и репрессии. «Быть под господством власти, внешней тебе, — знакомая и мучительная форма. Однако обнаружить, что то, что “ты” есть, само твое устройство как субъекта в определен-

ном смысле находится под воздействием этой самой власти, нечто совсем другое. Субъекция состоит как раз в этой фундаментальной зависимости от дискурса, который мы никогда не выбираем, но который парадоксальным образом дает начало нашей деятельности и поддерживает ее» [11. С. 15-16]. Быть женщиной — не значит быть природным объектом мужского влияния и воплощением чувственности, не значит быть рациональным субъектом, отстаивающим свои права и свободы вопреки объективирующей репрессии фаллого-центризма, не значит быть телом, продуцирующим определенную объектную или субъектную интерпретацию. Это значит быть сконструированным той или иной исторически сформированной дискурсивностью, как то естественное начало, которое в определенной степени обеспечивает жизнеспособность данной формы дискурса.

Однако деконструкция женского вовсе не означает полного отказа от этой категории или «смерти женщины», которая продолжит череду смертей, обозначенных постмодерном. Более того, с точки зрения Батлер, только в этой точке осознания подлинной дискурсивной природы женского возможно настоящее освобождение, выход за рамки жесткого каркаса классической и феминистической схем онтологизации женщины, поиск тех форм «бытия женщиной», которые будут обладать большей свободой и открытостью, большей подвижностью в целом. «Парадоксально, — пишет Батлер, — но, может быть, только через освобождение категории женщин от фиксированного референта нечто вроде “свободы действия” становится возможным» [12. С. 251].

Все указанные выше формы конструирования женского стремились во что бы то ни стало уничтожить саму возможность женского et cetera, которая на самом деле является единственным путем к спасению женского.

Или очередной формой поддержки нового типа дискурсивности, который установит свое метафизическое гетто над новыми поколениями человеческих индивидов?

В любом случае главной задачей данной статьи является скорее проблематизация существования женщины, чем формулирование окончательного ответа на поставленный в заглавии вопрос.

1. Жеребкин Сергей. Гендерная проблематика в философии // Введение в гендерные исследования Ч. 1: учеб. пособие. Харьков : ХЦГИ; СПб. :

Алетейя, 2001. С. 390-426.

2. Гросс Элизабет. Изменяя очертания тела. Гендерная проблематика в философии // Введение в гендерные исследования. Ч. 2: хрестоматия.

Харьков : ХЦГИ; СПб. : Алетейя, 2001.

3. Батлер Джудит. Гендерное беспокойство // Антология гендерной теории / под ред. Е. Гаповой. Минск : Пропилеи, 2000. С. 297-346.

4. Фуко Мишель. Воля к истине: по ту сторону знания, власти и сексуальности. Работы разных лет : пер. с фр. М. : Касталь, 1996. 448 с.

5. Дьяков А.В. Мишель Фуко и его время. СПб. : Алетейя, 2010. 672 с.

6. Ницше Ф. Так говорил Заратустра: Книга для всех и ни для кого / пер. с нем. Ю.М. Антоновского. М. : АСТ ; Харьков : Фолио, 2004. 395 с.

7. Фуко Мишель. Надзирать и наказывать: Рождение тюрьмы / пер. с фр. В. Наумова ; под ред. И. Борисовой. М. : Ad Маг§тет, 1999. 478 с.

8. Этинген Л.Е. Половые органы мужчины и женщины // Человек. 2010. № 6. М. : Наука, 2010. С. 165-172.

9. Киммел М. Гендерное общество / пер. с англ. М. : РОССПЭН, 2006. С. 464.

10. Батлер Джудит. Присвоение телом гендера: философский вклад Симоны де Бовуар // Женщины, познание и реальность: Исследования по

феминистской философии / сост. Э. Гарри, М. Пирсел ; пер. с англ. М. : РОССПЭН, 2005. С. 292-303.

11. Батлер Джудит. Психика власти: теории субъекции / пер. Завена Баблояна. Харьков : ХЦГИ ; СПб. : Алетейя, 2002. 168 с.

12. Батлер Джудит. Случайно сложившиеся основания: феминизм и вопрос о «постмодернизме» // Введение в гендерные исследования. Ч. 2:

хрестоматия / под ред. С.В. Жеребкина. Харьков : ХЦГИ, 2001 ; СПб. : Алетейя, 2001.

Статья представлена научной редакцией «Философия, социология, политология» 7 июня 2012 г.

Источник:
Существует ли женщина? »: деконструкция женской субъективности и телесности в философии постмодерна
«существует ли женщина?»: деконструкция женской субъективности и телесности в философии постмодерна «СУЩЕСТВУЕТ ЛИ ЖЕНЩИНА?»: ДЕКОНСТРУКЦИЯ ЖЕНСКОЙ СУБЪЕКТИВНОСТИ И ТЕЛЕСНОСТИ В ФИЛОСОФИИ
http://psibook.com/philosophy/suschestvuet-li-zhenschina-dekonstruktsiya-zhenskoy-subektivnosti-i-telesnosti-v-filosofii-postmoderna.html

COMMENTS